Однажды Тома Верниаз, также известный под артистическим псевдонимом Зорн, усталый рисовальщик комиксов про супергероиню Агату Хейс, возвращался с книжной ярмарки, сел не на тот поезд и вместо Парижа оказался в заштатном городке — городе своего детства. Брел куда глаза глядят, пока не встретил школьного товарища, любезно проводившего Тома до отцовского дома. Не все воспоминания, связанные с родительским гнездом, приятны: отец бросил семью в свой день рождения, без предупреждения — ушел за хлебом и не вернулся, мать так и не оправилась от удара и умерла молодой. На могиле матери Тома падает в обморок — и приходит в себя 14-летним мальчишкой на велосипеде, 12 июня 1967 года... 

Похожие сюжеты давно взяты в оборот голливудскими фильммейкерами, но «Далеко по соседству» ничуть не похоже на евродиснейлендовский опус «Папе снова 14»; тут интонация совсем другая, и посыл далек от бронебойного американского оптимизма: «Ты оказался в прошлом, чтобы изменить себя в настоящем!» В фильме, вдохновленном медитативной японской мангой и озвученном божественной музыкой Air, ценнее почти бесплотные, прячущиеся в склейках между кадрами эмоции. Совершенно инопланетное чувство — когда твои детские игрушки и пластинки вдруг выглядят словно марсианские минералы. И мимолетная иллюзия достижения невозможного — ощутить вкус сладостей детства, потрепать за нос собаку, увидеть друзей юными и растерянно трогать перед зеркалом еще не нуждающиеся в бритве щеки.